Deranged («Безумие») реж. Jeff Gillen, Alan Ormsby. 1974
I apologize for calling you a hog, mama.
* * *
– If you need the head, for repairs or something, just take the head.
– Ha-ha, Ezra, crazy SOB!
* * *
Look at them tits! Both of them!
Как я уже писал, американская творческая интеллигенция – режиссеры и продюсеры, пейсатели и сценаристы, прочие эстеты и педерасы, населяющие голливудские холмы, не любят и боятся своего народа, особенно из глубинки. Призраки реднеков-каннибалов с бензопилами являются к ним в кошмарных снах, которые потом превращаются в сценарии и увесистые гонорары. Стоит эстетам-педерасам хоть чуть-чуть отъехать от родного Лос-Анжелоса, как на душе становится неспокойно, за каждым кактусом на обочине чудится реднек, а если, не дай Б-г, у их «Бентли» или «Феррари» спустит колесо, они тут же начинают истерически звонить в сервис, боясь, что вот-вот подъедет вонючий ржавый пикап, из которого выйдут пара немытых мужиков с недобрыми щербатыми ухмылками, ревущая бензопила вопьется в изнеженное тельце эстета-педераса и дальнейший путь ему предстоит проделать уже в виде мяса, чтобы стать ужином дебильной реднецкой семейки где-то на удаленном ранчо, куда уже 50 лет не заглядывал шериф, а голубая эстетская кровь будет просачиваться через проржавевшие дыры в кузове пикапа, подскакивающего на ухабах, и свертываться шариками в пыли...
Разумеется, все это гнусная клевета на честных тружеников села. Реднеков-людоедов с бензопилами не бывает*, а три классических фильма «Психопат», «Техасская резня бензопилой» и «Молчание ягнят», а также легион подражаний, сиквелов, приквелов и
«Безумие» гораздо ближе к биографии Гейна, чем три вышеупомянутых картины, однако же и здесь он предстает в изрядно беллетризованном виде, поэтому авторы назвали своего злосчастного героя вымышленным именем Эзра Кобб. В начале фильма некий персонаж, изображающий журналиста, заявляет, что все показанное в фильме – истинная правда. Его напыщенный тон и преувеличенная серьезность задают ернический, черноюморной тон первой половине картины. В дальнейшем этот «журналист» комментирует сюжет за кадром, а иногда появляется и в кадре – любезность, без которой зрители могли бы отлично обойтись. Забегая вперед, скажу, что это один из немногих недостатков этой замечательной картины...
Эзра Кобб жил с мамой лет примерно до 50. Мама у него была строгая и неоднократно предостерегала сына от знакомств с непристойными девками: «расплата за блуд» – говорила она – «это гонорея, сифилис и смерть!» Эзра был послушным сыном и преданно заботился о маме, особенно после того, как ее разбил паралич, и кормил ее зеленым гороховым супом собственного приготовления. Мама как ни страдала, а все ж померла, и последнее предупреждение замерло у нее на устах вместе с кровью и зеленым супом. «Женщинам верить нельзя» – сказала мама напоследок – «Можно верить только Морин Селби, потому что она толстая».
С тех пор как Эзра схоронил маму, он стал с ней видеться гораздо реже, но продолжал писать ей письма и говорить с нею почти каждый день. С течением времени в материнском голосе ему все больше чудился упрек, и примерно через год, когда разлука стала совсем уж невыносимой, Эзра поехал на кладбище, откопал маму, привез ее в родной дом и уложил в постель. Натурально, мама за это время изрядно подгнила и была не в лучшей форме. Да чего греха таить – в отвратительной форме! Но Эзра не терял надежды со временем привести ее в порядок. Помимо мамы, единственные люди, с которыми он общался – это школьный товарищ и его семья, от которых он узнал, что в газетах есть весьма пользительный раздел, в котором публикуют сообщения о похоронах, так что можно поехать, раскопать могилку и достать нужные для реставрации части тела, пока свежие. А тут весьма кстати померла старая эзрина учительница мисс Джонсон. С ее ископаемой головы Эзра снял лицо и пришил маме, так что стало лучше прежнего, а из черепа сделал вазочку для фруктов. Со временем он вошел во вкус гробокопательства и отрыл нескольких маминых подруг, чтобы старушке было с кем поболтать и сыграть партию в бридж вечерком на заднем крыльце.
Эзра совсем не тяготился обществом мертвых, но друг с женой все чаще стали подбивать его изменить свои холостяцкие привычки: «Эз, ты ж золотой человек! Чё не женисся-то?» Тут он и припомнил толстую Морин Селби – единственную женщину, которой можно доверять – и решился нанести ей визит. Дама оказалась весьма корпулентная, как говорится, «знойная женщина – мечта поэта», примерно эзриных годов и в некотором роде родственная душа – она тоже говорила со своим покойным мужем. «Боюсь, что у нее не все дома» – делился Эзра с мамой своими опасениями. К тому же, не имея опыта интимной любви с женщиной, он терзался сомнениями другого рода: а что если влипнув в весь этот жир, он так и не сможет отлипнуть? Поэтому, а также памятуя мамины предостережения, он взял с собою на решающее свидание револьвер...
Не стану пересказывать близко к тексту дальнейшие события, иначе вам неинтересно будет смотреть этот чудный фильм, который я искренне рекомендую всем, а любителям старых качественных фильмов ужасов – обязательно. Скажу лишь, что после Морин Селби комедия плавно переходит в трагедию, и если похищение и убийство красивой и развратной официантки Мэри еще несет в себе некоторые комические моменты, то последний «подвиг» Эзры – убийство доброй и наивной девочки-продавщицы показано с такой откровенной жестокостью, особенно в контрасте с комизмом предыдущих сцен, что способно шокировать не только зрителей 1974 года, но и наших пресыщенных современников задеть за живое...
«Безумие» – пример того, как при малом бюджете и скромных изобразительных средствах можно достичь замечательных результатов. Работа художника по спецэффектам хороша, но не очень реалистична, что, пожалуй, и к лучшему. Музыкальное сопровождение довольно специфическое – провинциальный похоронный гимн, исполняемый на органе. У меня заняло примерно двое суток, чтобы изгнать из головы этот прилипчивый мотив. Главное в картине – это мрачная и тоскливая атмосфера американской глубинки зимой семьдесят затертого года: снег с грязью, ветхие дома, заброшенные сараи и причудливые композиции из из старинной домашней утвари и мертвых трупов. Ну и конечно же, главный герой. Затрудняюсь назвать современную картину, которая производила бы похожее впечатление. Пожалуй, ближе всего из того, что я видел – “Babysitter Wanted (Требуется няня)”, плохожая по атмосфере и некоторой толике черного юмора, но в ней нет такого харизматичного персонажа, как Эзра Кобб в исполнении Робертса Блоссома. Этого актера я раньше не видел и наблюдал за ним с живейшим удовольствием. Его выразительные глаза и живая мимика (в особенности, рот и нижняя губа) передают широчайшую гамму чувств его плачевного героя: Эзра одновременно смешон, жалок, трогателен и в то же время омерзителен и страшен. Если прочие актеры в фильме играют на уровне провинциального театра, то у Блоссома вышел по-настоящему трехмерный персонаж, причем безо всяких 3D-технологий.
Так что, если будете проезжать мимо фермы Коббов, загляните к Эзре на огонек – не пожалеете!
________________________
*В начале 90-х годов в России один сельский школьник расчленил свою учительницу бензопилой, однако он сделал это под тлетворным влиянием американских фильмов, так что здесь мы имеем дело со следствием, а не с причиной.
**В конце 90-х годов в России один пожилой мужчина год хранил труп матери в холодильнике, однако маньяком он не был, просто любил маму и не имел денег на ее похороны.
