"Seven Days in May (Семь дней в мае)", 1964
А я люблю военныхКак известно, война – это слишком серьезное дело, чтобы доверять его военным. Такого же мнения придерживался и президент Лайман (Фредерик Марч), когда в альтернативном 1970 году заключил с Советским Союзом договор ядерном разоружении. Люди доброй воли во всем мире вздохнули с облегчением, и лишь пентагоновским "ястребам" договор пришелся не по нраву. Слыханное ли дело – все готово к началу ядерной войны, а эти штатские вмешиваются не в свое дело и собираются разоружиться, когда коварные Russkies только и ждут, чтобы нанести упреждающий удар! Недовольство ястребов возглавил председатель Комитета начальников штабов генерал Джеймс Скотт (Берт Ланкастер) – красавец и герой возвышенного роста, увешанный орденами. Опираясь на поддержку других генералов, он планирует совершить переворот, взять власть в свои руки и разорвать ненавистный договор. При этом генерал учитывает положительный опыт предшественников. The Bolsheviks первым делом захватили почту, телефон и телеграф. В Америке главным средством коммуникации является телевидение, поэтому Скотт организует секретый центр связи, главная задача которого – в назначенный час перехватить сигналы всех крупнейших телеканалов и пустить по ним выступление генерала.
Красивых здоровенных
О заговоре узнает один из подчиненных Скотта – полковник Мартин "Джигс" Кейси (Кирк Дуглас) – пониже ростом и званием, и не такой уж красавец, с ямкой на подбородке. Ему тоже не по нраву это разоружение до нитки и прочие русские трюки, но его понятия о моральном долге офицера прямо противоположны генеральским: соблюдать присягу и подчиняться главнокомандующему, коим по конституции является президент. Скрепя сердце, Кейси сообщает о заговоре президенту. В строжайшей тайне Лайман собирает свою команду верных людей для противодействия заговору. Им труднее, чем заговорщикам, поскольку приходится действовать в рамках закона, а никаких доказательств, кроме слов Кейси и некоторых косвенных улик, нет. Единственная надежда – нащупать слабое звено среди будущих членов хунты и выдавить из него письменное признание…
С моей точки зрения, это наименее интересный из фильмов трилогии. Не сомневаюсь, что в 1964 г. он был вполне "на уровне", однако с тех пор было снято слишком много более занимательных и динамичных политических триллеров. Я не хочу поставить картине в упрек ее устарелость и отсутствие "экшена", но тот же "Манчжурский кандидат", устаревший ничуть не меньше, продолжает оставаться интересным для современного зрителя, благодаря замечательным режиссерским находкам, превосходной актерской игре и здоровой доле черного юмора, чего, увы, не хватает "Семи дням…"
Однако, с другой стороны, "Семь дней…" гораздо реалистичнее современных политических триллеров, ведь настоящие заговоры и перевороты чаще всего начинаются и заканчиваются кабинетными разговорами, о коих рядовые граждане пребывают в счастливом неведении. Когда "схватка бульдогов под ковром" заканчивается, "плохих парней" не вешают на рояльных струнах и не пускают им пулю в затылок в темном подвале, а всего лишь отправляют в отставку. Да и не такие уж они плохие – тоже по-своему любят Америку, просто имеют особые понятия об американских интересах в связи с интересами собственными…
Хотя в картине используются фирменные франкенхаймеровские визуальные приемы, снята она очень статично и состоит преимущественно из длинных монологов и диалогов. Актерский ансамбль хорош, но игра, на мой взгляд, оставляет желать. Из фантастических элементов недалекого будущего можно отметить видеосвязь между Белым домом и Пентагоном и авианосец "Дуайт Эйзенхауэр". Для создания "эффекта будущего" авторы фильма использовали много иностранных автомобилей, в частности, Скотт ездил не на патриотическом "Кадиллаке" или "Линкольне", а на иностранном, хотя и союзном "Ягуаре".
"Домой" – говорит в финале фильма генерал Скотт, опускаясь на кожаные подушки "Ягуара". Теперь у него будет много времени, чтобы поразмыслить над тем, в чем же состоят истинные интересы национальной безопасности. Эту возможность ему даст солидный пенсион, который выплачивает своим заблудшим сыновьям сильная, великодушная и такая человечная Америка.
