Ярбух фюр Психоаналитик унд Каннабисраухер

"Shrink (Психоаналитик)" реж. Джонас Пейт

Мне очень понравился плакат к этому фильму – Кевин Спейси, спящий на берегу бассейна в калифорнийских сумерках. От него веет таким покоем и негой... Как хорошо было бы вместо просмотра проспать эти самые два часа на берегу бассейна!


Помните, кргда-то в фильме "American Beauty" полковник Фиц сделал доброе дело, пристрелив этого напыщенного мудака Лестера Бернама? Если бы Лестер, вместо того, чтобы умереть вовремя и навсегда остаться в зрительских сердцах, продолжал жить и все эти 10 лет курил марихуану, то превратился бы в подобие этого доктора Картера. Как без обиняков говорит главному герою отец: "сынок, у тебя морда лица как мошонка водителя-дальнобойщика". Не то, чтобы я на своем веку повидал много водительских мошонок, но сравнение самую точку! Д-р Картер – самый ужасный Кевин Спейси из всех Кевинов Спейси, виденных мною до сих пор. Надеюсь, его несколько состарили для этого фильма и он не выглядит так на самом деле.

Доктор курит траву постоянно: днем пыхает на задворках своего офиса в перерывах между пациентами, а в свободное время и вовсе не выпускает косяк изо рта, даже под душем. Он давно дисквалифицировался (даже собственную жену не уберег от самоубийства!) и превратился в халтурщика, который не очень старательно делает вид, что занимается психотерапией, но это не мешает ему оставаться модным и высокооплачиваемым голливудским шринком, а его аудиокниги "Что такое счастье?", "Как перестать и нАчать" и др. не вылезают из хит-парадов*. Доктор нуждается в исцелении едва ли не больше своих пациентов, но его терапевт – это дилер, который снабжает его экзотическими травами и выслушивает мутные излияния.

Пациенты д-ра Картера, в основном, всяческие селебрити: стареющая актриса, которая безнадежно цепляется за никчемного молодого бойфренда, мерзкий психопат-продюсер, который жутко боится микробов и заразы и тиранит свою беременную секретаршу; модный режиссер, который трахал все, что движется, а потом сдуру женился – прекрасный Робин Уильямс, единственное светлое пятно на этом унылом фоне! Жаль, его мало.

Действие вяло проистекает в атмосфере голливудской пресыщенности и апатии. Как сказал поэт, "а кругом миллионеры, денег куры не клюют, между ними как шакалы люди бедные снуют": бездарная актрисулька, мечтающая заполучить роль через койку; черная девочка, которая бросила ходить в школу и стала ходить в кинотеатр повторного фильма (доктор ее лечит в порядке безвозмездной помощи меньшим бразам и систам); начинающий сценарист, который мучительно тужится, пытаясь родить что-нибудь оригинальное, и попеременно путается то с девочкой, то с беременной секретаршей** продюсера…

Ко всему этому послюнявили и прилепили хэппи-энд: доктор высыпал траву в унитаз, режиссер дал зарок ниибаццо с потусторонними девками, сценарист, погрешив против медицинской этики, написал гениальный сценарий про черную девочку, секретарша положила сценарий на стол продюсеру, который тут же перестал быть мерзким и доверил секретарше первую самостоятельную постановку. В конце все главные герои собираются вместе, чтобы снимать об этом фильму на пленке производственного объединения "Кодак". Вот так и появилось на свет это УГ под названием "Shrink".

Эх, если бы Кевину с Робином да хороший сценарий, но об этом же ж можно только мечтать…
_________________________
*Думаю, что его эскапада на телевидении: "психотерапия – это мутота и хуердень" и "не читайте моих книг" только добавила ему популярности.
**Как выяснилось, она самоотверженно вынашивает суррогатного ребенка для бездетной сестры.

Непропеченный шедевр

"The Hours (Часы)" реж. Стивен Долдри

Фильм "Чтец" стал для меня одним из открытий 2009 года. Прежде всего я имею в виду его первую половину – прекрасно снятую историю любви 15-летнего мальчика Дэвида Кросса и взрослой женщины Кейт Уинслет. Дальнейшие кровь и слюни… пардон, шульд унд зюне понравились гораздо меньше, однако запомнилось имя прежде неизвестного мне режиссера Стивена Долдри, и стало интересно, что он снимал еще. По общему мнению, "Чтец" – это все-таки не совсем то, а вот более ранние "Часы" – это и есть его настоящий шедевр!

Посмотрел. И впрямь, фильм имеет все задатки шедевра: интересную литературную основу, талантливых актеров (главным образом, актрис), красивую картинку и классную музыку. Отчего же мне было так мутно и тоскливо его смотреть, что я едва домучил до конца в несколько приемов? В целом, картина напоминает торт, который печет одна из героинь – все ингредиенты доброкачественные: мука, яйца, масло и шоколад, а на выходе – несъедобный продукт, идущий прямиком в мусорное ведро.

"Часы" – это история трех женщин с лесбийскими наклонностями, проживающих в трех временнЫх пластах:

1) писательницы Вирджинии Вульф (Николь Кидман) в Англии 20х годов, которая мучительно пишет роман, сражаясь с депрессией и своей подавленной сексуальностью;

2) калифорнийской домохозяйки 50х (Джулианна Мур), которая читает роман Вирджинии Вульф и вдруг решает покончить с собой (не иначе как на почве подавленной сексуальности опять же), бросив заботливого мужа и ангельски послушного ребенка;

3) нью-йоркской деятельницы искусств 2000х (Мерил Стрип), которая, благодаря реалиям нашего времени, счастливо жената (или замужем, whatever) за своей подругой.

История претенциозная и затянутая, с постоянными ненужными бросками туда-сюда и с отчетливым привкусом мужененавистничества. Музыка маэстро Филипа Гласса красива, но звучит настолько громко, что местами забивает диалоги и, назойливо повторяясь на протяжении фильма, к концу навязает в ушах. Моей любимой Мерил Стрип досталась самая большая, но самая неинтересная роль, хотя и с ней она сделала все, что могла; к Николь Кидман я равнодушен, хотя любопытно было увидеть ее совершенно неузнаваемой, а вот Джулианна Мур… к этой актрисе у меня сложное отношение, что-то вроде неприязненного уважения. После просмотра этой картины оно сменилось неприязненным восхищением – настолько блистательно была сыграна ее героиня, на голову выше двух других. И еще один персонаж запал в душу – пронзительный и трагический Эд Харрис в роли поэта, умирающего от СПИДа. Из-за этих двух ролей я не жалею, что посмотрел эту картину. Не хочу сказать, что она плоха – многим может и понравиться, но на мой взгляд, не соответствует собственной претензии на шедевр.

"Adam Resurrected (Воскрешенный Адам)" реж. Пол Шрейдер

God is out to lunch. He left a note, see it on your arm.

Однажды летом 1961 года Адам Штайн (Джефф Гольдблум), житель одного из тель-авивских пансионов, в очередной раз немного придушил свою квартирную хозяйку. Фрау Эдельзон долго колебалась, ведь Адам – не простой постоялец, и их связывает нечто большее, чем деловые отношения, однако после того, как он, adding insult to injury, показал ей задницу сквозь замочную скважину, не стерпела и позвонила Куда Следует. Приехали два санитара на голубой машине, надели на герра Штайна наручники и отвезли туда, где его давно заждались – в Психиатрический реабилитационный центр для жертв Голокоста в пустыне Негев – суперсовременную клинику, построенную на деньги американских спонсоров. Здесь его заждались все – и врачи, и пациенты, и даже бутылки виски, спрятанные за каждой батареей. Ведь Адам не просто пациент – он ясновидящий и экстрасенс, могущий читать мысли, усилием воли останавливать сердце, кровоточить любой частью тела и даже предугадывать курс акций на Нью-Йоркской бирже – на этой его способности в значительной мере зиждется благосостояние Центра и его обитателей. Врачи позволяют Адаму лечить их, под гипнотическим взглядом его глубоких черных глаз тает неприступная холодная красавица – старшая медсестра Джина (Айелет Зурер) и позволяет проделать с ней все, что ему заблагорассудится, а пациенты на него буквально молятся, видя в нем нового Мессию.

Однако, помимо всех этих уникальных качеств, есть у Адама одна странность – стоит ему услышать собачий лай или хотя бы почувствовать собачье присутствие даже сквозь стены и запертые двери, как он теряет рассудок, становится на четвереньки, рычит, лает, брызжет слюной и бросается на людей. Когда-то до войны он был знаменитым и преуспевающим клоуном, сначала выступал в кабаре, а к концу 30-х обзавелся собственным цирком в Берлине. Особенно ловко ему удавалось изображать всяческих животных, и эта способность впоследствие сыграла с ним злую шутку…

Однажды во время выступления Адам прочел мысли одного из зрителей – странного и нервного молодого человека по фамилии Кляйн (Уиллем Дефо), собиравшегося этим вечером свести счеты с жизнью, и спас его от самоубийства. Много лет спустя, нацисты закрыли цирк Штайна, застрелили его ручного медведя, а самого Адама с женой и дочерьми отправили в концлагерь, где комендантом оказался тот самый Кляйн. Ни одно доброе дело не остается безнаказанным – памятуя о своем чудесном спасении, Кляйн взял Адама к себе в дом в качестве… собаки – компаньона для своего настоящего пса Рекса, дабы Адам своими ужимками и трюками отвлекал его от тягот и излишеств комендантской службы: "Жизнь за жизнь, Адам – твоя за мою." – "Герр комендант, моя семья…" – "Адам, ты уже торгуешься! Вот он, семитский феномен в действии, прямо у моих ног." Семью Кляйн отправил-таки в газовую камеру, спокойно объяснив впоследствии, что спасти их было бы можно, но "неудобно" – пришлось бы давать объяснения. "Физически" Адаму повезло, насколько это слово вообще применимо к узнику концлагеря – его оставили в живых, ползать на четвереньках по комендантской квартире – это не таскать камни в карьере, а собачья пайка в смысле содержания белков, жиров и углеводов гораздо сытнее пайки заключенного, но эти годы стали для него ежедневной и ежечасной моральной пыткой. В конце войны, добровольно отправляясь в мир иной (идея суицида так и не оставила его за все эти годы), комендант неожиданно отблагодарил Адама за службу – подписал одну бумагу, и мирное время Адам встретил весьма богатым человеком, при этом абсолютно раздавленным унижением и чувством вины за гибель семьи, презираемым товарищами по несчастью, отвернувшимися от него как прислужника нацистов, живущего на награбленное золото. Черная тень Кляйна постоянно маячит над ним, и ни годы, ни переезды из страны в страну, ни усилия врачей не могут помочь Адаму…

Надежда на спасение неожиданно появляется вместе с собакой – главврвч обещал Адаму, что "четвероногих с когтями" в клинике никогда не будет. Пробравшись в запертую комнату, Адам обнаруживает некое существо, которое смотрит на него сквозь прорези в простыне и рычит. Это не собака, а его собрат по несчастью – мальчик, которого какие-то изверги воспитали в качестве собаки (его предысторию нам не сообщают). Он ходит на четвереньках, прячется под койку, не говорит, а только лает, рычит и скулит. При виде этого существа, которое за свою короткую жизнь вынесло еще больше издевательств, чем он сам, у Адама появляется надежда: если он сумеет вернуть мальчика-собаку к человеческой жизни, значит сможет исцелить и себя…

* * *

Как известно, самый верный способ получить "Оскар" – это снять фильм о Голокосте, однако ни Гольдблуму ни Шрейдеру Оскаров на сей раз не досталось – видимо, слишком далеко ушли они от голливудского шаблона. Зрителям не показывают традиционных ужасов, не пытаются разжалобить и выжать слезу. При скрупулезном внимании к деталям, картина несколько условна, напоминает театральную постановку и весь ужас в ней чисто психологического свойства. Тем труднее задача, стоящая перед актерами, прежде всего перед Джеффом Гольдблумом, который присутствует буквально в каждом кадре. Его персонаж – комедиант, манипулятор и страдалец в одном лице, и переход между этими состояниями происходит практически мгновенно, когда трагические сцены перемежаются черно-комическими* – роль требующая мастерства и огромной самоотдачи. Я не видел Джеффа в главной роли со времен незабвенной "Мухи", и успел подзабыть, насколько он классный актер! Адам – несомненно лучшая его роль, за которую он вполне заслуживал Оскара. Однако в фильме есть еще две актерских работы, заслуживающих особого упоминания: Уиллем Дефо в роли Кляйна и юный румынский дебютант Тудор Рапитеану в роли мальчика-собаки – вот кто вызывает одновременно и жалость и жуть, а кульминационный момент, когда Адам в буквальном смысле ставит его на ноги – по-моему, самая душераздирающая сцена.

Визуально картина сделана превосходно: черно-белые флэшбэки из довоенных и военных времен, для цветных сцен использовался кросс-процесс, что сделало пейзажи пустыни бледно-пастельными, а интерьерам клиники придало холодно-стерильный голубоватый оттенок. Декорации в фильме минималистские, а основное внимание отдано актерам – очень много выразительных крупных планов.

Вот несколько кадров (кликабельно), которые дают некоторое представление о визуальном стиле, но лучше посмотрите фильм целиком.


__________________________________
* Из комических моментов отмечу сцену "собачьей любви" между Адамом и медсестрой Джиной, которая, в качестве прелюдии, катается по полу, раскинув "лапы", лает и скулит, а также сцену, когда Адам и Кляйн переодевают Рекса в костюм заключенного для маскарада на Пурим.

День без секса – что пиво без водки

"Auto Focus (Автофокус)" реж. Пол Шрейдер

– Sex is not the answer!
– It's the question. 'Yes' is the answer!
* * *
The helical-scan method of the VTR issues proper magnetic coding so picture quality is always secure.

Что важнее для мужчины – секс или видео? Нынешнему поколению, живущему в эпоху HDTV и порносайтов, сама постановка вопроса покажется странной. Не то в суровые и аскетические времена моей юности, когда по черно-белому телевизору были сплошь надои урожаев и вечный зёв, изредка перебиваемый 17-ю мгновеньями весны, а вместо секса была унылая йобля под одеялом в хрущобной клетушке, таясь, чтобы не услышала теща.

У счастливчика Боба Крейна по ту сторону железного занавеса было всё – и секс и видео. И пусть видеомагнитофон был размером с большой чемодан, а видеокамера размером с почтовый ящик, но девки-то были настоящие – голливудские красотки и сексуальные революционерки 60-х годов с упругими сиськами, неиспорченными силиконом!

…Режиссер Пол Шрейдер имеет устойчивую репутацию моралиста. Герои его картин – неоднозначные натуры, в которых доброе начало ведет долгую изнурительную борьбу с пороком и соблазном и, в конце концов, терпит поражение, за что герою воздается по всей строгости. Однако он не только моралист, но еще и превосходный стилист, и эти две стороны его художественного дарования спорят друг с другом. Порок в его картинах настолько красочен, роскошен и обаятелен, что нейтрализует морализаторский пафос и зачастую производит обратный эффект. Так было в его раннем фильме "Американский жиголо", первые кадры которого стали одним из символов 80-х, когда Ричард Гир (тогда дебютант в большом кино), мчался в кабриолете под песню "Call Me", и челка его развевалась на горячем калифорнийском ветру, а камера ласкала искрящиеся солнцем колпаки колес и трехлучевую звезду на радиаторе… То же происходит и в "Автофокусе", по крайней мере, в первой его части.

"Автофокус" – история взлета и падения актера Боба Крейна, американской телезвезды 60-70-х. Главной ролью, которая принесла ему всеамериканскую славу, был полковник Хоган из сериала "Герои Хогана". Действие этого комического сериала происходило… в немецком концлагере, где упитанные и гладко выбритые нагло-американские военнопленные всячески изгалялись над тупыми фошыстами. Я не видел в "Героев…", и не очень-то хочется, но, судя по фрагментам на Ютубе, настоящий Крейн/Хоган был совсем не таким, как его изобразил актер Грег Киннер в "Автофокусе". Многих американских зрителей такое надругательство над памятью героя детства отвратило от картины, однако мне это, разумеется, не помешало.

В начале фильма Боб Крейн – популярный ди-джей на радио и барабанщик-любитель, имеющий в активе пару небольших киноролей, образцовую американскую семью из заботливой жены с тщательно уложенной прической и трех очаровательных детишек в уютном доме, целиком и полностью сошедшем с рекламных проспектов 1965 года (отдельной похвалы заслуживает дизайнер, сделавший начальные титры и меню диска в виде коллажей на тему 60-х). Жизнь Боба Крейна сияет всеми цветами NTSC и напоминает рекламный ролик. Он красавчик и всеобщий любимец, но при этом верный муж, примерный семьянин и регулярный прихожанин. Максимальную вольность, которую он позволяет себе в те сексуально-дореволюционные времена – это тайком от жены почитывать "Плейбой". Разумеется, с чисто эстетическими целями – он и сам фотограф-любитель, снимающий на полароид.

Даже телевизионная слава поначалу не изменила его, хотя искушение возрасло многократно – тут, понимаешь, гламурные кисы просят автографы и фото на память, заискивающе глядя в глаза, а дома всё та же надоевшая жена. Неизвестно сколько продержались бы моральные устои Крейна, но на горизонте появился змей-искуситель Джон Карпентер* (Уиллем Дефо) – специалист по видео в фирме "Сони", продвигающий новые тогда видеомагнитофоны среди голливудских звезд. Он эти устои и обрушил – затащил Боба в стрип-клуб. Тут стоит лишь начать: поначалу Боб пристрастился барабанить по вечерам в стрип-клубах, разглядывая аппетитные филейные места танцовщиц, а в один из таких вечеров все тот же Карпентер пригласил его и двух девиц из клуба к себе домой, в уютное гнездо разврата, посмотреть новый видеомагнитофон. Сцена грехопадения Боба Крейна в объятиях очаровательной стриптизерки (Алекс Менесес) – одна из моих любимых в фильме: "Colonel Hogan, I want you to nail me to the fuckin' wall!" А когда Боб увидел себя на экране (проказник Карпи оставил видеокамеру включенной), то его восторгу не было предела – секс и видео для него стали неразрывны!

С этого момента жизнь Крейна понеслась вниз по нисходящей спирали: девки, порносъемки, свингерские вечеринки, развод, алименты, женитьба на актрисе из сериала (Мария Белло), которая обещала его понимать и принимать таким, каков он есть, но быстро утратила это понимание, сделавшись законной супругой; второй развод, вторые алименты… Сериал закрылся, актера с подмоченной репутацией не хотят больше снимать. Чтобы заработать денег, Боб колесит по стране с театральной труппой, а рядом с ним, волоча сундуки с аппаратурой – его верный оруженосец Карпи (бедняга оказался дальтоником, и и с приходом цветного видео его вышибли из "Сони"). Ему одному женщины дают неохотно, но все еще ведутся на блекнущую славу полковника Хогана, поэтому он не на шаг не отстает от Боба. Однако, со временем молодые перестают давать, и друзьям приходится переходить на свою возрастную категорию: девки сменяются тетками, которые с годами становятся все старше, толще и страшнее. Однако растет и коллекция порнофильмов, к которым все чаще приходится прибегать как к наглядным пособиям для самоудовлетворения. Еще одна моя любимая сцена: друзья тихо онанируют под меланхолическую музыку, сидя перед телевизором и пытаясь вспомнить, в каком городе происходило действие – то ли в Далласе, то ли в Сиэтле…

То, что недостаток секса может разрушить жизнь мужчины, я знаю не понаслышке, однако то же самое может сделать и избыток его – об этом недвусмысленно говорит фильм "Автофокус", причем разрушить в самом буквальном, физическом смысле, однако еще задолго до этого Боб Крейн превращается в одержимого маньяка, неспособного думать ни о чем, кроме секса, и при этом не отдающего себе отчета в том, что с ним что-то не в порядке. Вместе с главным героем постепенно деградирует изобразительный ряд: блекнут краски, радостная и четкая картинка становится угрюмой, мутной и шаткой, словно бы снятой с рук на дешевую видеокамеру, а тревожная музыка Анджело Бадаламенти предвещает трагический финал задолго до его наступления. Визуальный стиль Шрейдера всегда безупречен, и этот плавный переход сделан замечательно.

Однако, "Автофокус" – фильм не только о сексе и видео, но и о настоящей мужской дружбе, от которой до настоящей мужской вражды один шаг. Главное, ради чего стоит смотреть картину – это прекрасный актерский дуэт Грега Киннера и Уиллема Дефо. Киннер мне попадался в каких-то небольших ролях и оставил впечатление недалекого красавчика и рубахи-парня, но в этой картине он нашел для себя материал, позволивший ему развернуться по-настоящему. Уиллем Дефо обычно выступает в амплуа всяческих мерзавцев и для каждого из них умудряется найти новые свежие краски. В дополнительных материалах на диске есть документальный фильм, в котором показывают настоящего Джона Карпентера, который выглядит просто мерзким типом, но Дефо в этой роли использует свое отрицательное обаяние на всю катушку. При этом нельзя сказать, что он переигрывает Киннера – вместе они составляют прекрасно сбалансированный дуэт, словно инь и янь. То, что вытворяет эта сладкая парочка, особенно в начале фильма, я готов пересматривать снова и снова!

Картина, также представляет интересный экскурс в историю домашнего видео – как любитель техники и всяческих гаджетов, я ее посмортрел с особым удовольствием.
________________________________
*Однофамилец известного режиссера.

Ретро-рецензия

"The Deer Hunter (Охотник на оленей)" реж. Майкл Чимино

Еще один знаменитый фильм, который помню с детства по статьям в журнале "Искусство кино" и который не чаял когда-нибудь посмотреть. В свое время эта история трех русских американцев, которые отправляются воевать во Вьетнам и становятся физическими и душевными калеками, наделала много шума: советская делегация покинула зал в знак протеста против показа этого фильма на Берлинском фестивале 1979 года. По тогдашней советской логике это была злонамеренная попытка "вбить клин" между русскими и вьетнамцами, и этого было достаточно, чтобы не обращать внимания на абсолютно антивоенный пафос картины.

…Маленький металлургический городок у подножия Скалистых гор, красивый православный храм на фоне изрыгающего сажу завода, словно сошедший с фотографии Прокудина-Горского, невзрачные домики вдоль кривых и грязных улиц, по которым носятся огнедышащие грузовики. Компания друзей-сталеваров, привычно перекидываясь междометиями, возвращается со смены. У троих из них – Майкла (Роберт де Ниро), Стива (Джон Сэвидж) и Ника (Кристофер Уокен) завтра знаменательный день: Стив женится. Послезавтра друзья едут в горы на традиционную охоту на оленей, а на третий день им идти в армию. Майк, Стив и Ник – дети русских иммигрантов, однако изъясняются по-английски, и лишь чокаясь рюмками, говорят "na zdorovie"* или "za tebya, Misha!"

Весь первый час трехчасовой картины занимает свадьба. Нам во всех подробностях показывают венчание по православному обряду, свадебный банкет с песнями, плясками и подобающими случаю пьяными бесчинствами.** Этот эпизод вызывает наибольшие нарекания зрителей, особенно американских. Из-за него многие "не осилили" этот фильм. Я же посмотрел его с интересом и удовольствием. Эта свадьба не только предстваляет нам главных героев, но и замечательно показывает кусок ушедшей эпохи, которую я каким-то краешком успел застать в детстве, хотя бы и по другую сторону "железного занавеса". Даже если бы не война, привычный жизненный уклад героев обречен: пройдет десяток лет, и железо, которое выпускает их завод, станет "ненужным никому: ни пьяным ни тверезым", и городок пополнит собою "ржавый пояс" Америки. Майклы и Стивы переженятся на Анджелах и Линдах и народят новое поколение, которое не будет знать даже "na zdorovie", а у тех русских, которые через двадцать лет приедут по визам H1B, уже не будет с ними ничего общего…

Сцена охоты являет собою разительный контраст сцене свадьбы. На фоне величественного и потрясающе красивого горного пейзажа так нелепо звучат препирательства поддатых охотников и их дурацкие пьяные шутки. Один лишь Майк сосредоточен и собран, готовясь, как всегда, снять оленя с одного выстрела. В последний раз перед тем, как ему предстоит охота совсем на другую дичь…

Война врывается в фильм внезапно и представляет из себя несколько разрозненных сцен, из которых сложно понять, кто против кого воюет: вертолет сбрасывает бомбы на деревню; какой-то азиат в непонятно чьей форме открывает крышку погреба и, увидев там женщин и детей, бросает туда гранату; американские солдаты сжигают мерзавца огнеметом… Друзьям, видимо, повезло – они оказались в одном подразделении, и точно также не повезло – следующий кадр, и все трое уже в плену. Они сидят в клетке, полупогруженной в реку, вместе с другими американскими и южно-вьетнамскими пленными. Время от времени вьетконговцы открывают крышку и вытаскивают наверх очередных жертв, которых маленький садист в черной робе бьет по лицу и заставляет играть в "русскую рулетку", прокручивая барабан с одним патроном и приставляя револьвер к виску. С каждым щелчком бойка самый слабонервный из друзей – Ник становится все ближе к безумию. Майк – единственный из узников, сохраняющий хладнокровие – понимает, что долго им так не продержаться и, как бы в азарте игры, предлагает вьетнамцам вставить в барабан не один, а три патрона. Увлеченные ставками, те не просекают его замысел и соглашаются на предложение "сумасшедшего пиндоса", после чего Майк совсем "по-киношному" убивает своих мучителей, и пленники оказываются на свободе. Однако путь к своим оказывается долгим и они теряют дру друга…

Третий час картины – возвращение в мирную жизнь. Стив вернулся безногим инвалидом, не желающим никого видеть. Ник не вернулся вовсе, и следы его затерялись во Вьетнаме. У одного лишь Майкла на первый взгляд все в порядке: он жив, кажется, здоров и герой. Однако, он никак не может вписаться в мирную жизнь, от друзей, не бывших на войне, его отделяет словно бы стеклянная стена. Даже прежняя страсть – охота его больше не прельщает. Встретившись в горах с оленем, он отпускает его, так как не хочет больше никого убивать. Единственной ниточкой, как-то связующей его с новой жизнью и дающей надежду на возвращение, становится чувство к Линде – бывшей девушке Ника (Мерил Стрип), которая, не дождавшись жениха, живет теперь одинокой и бессмысленной жизнью. Симпатии между нею и Майком зародились еще до войны, на свадьбе Стива, и теперь этим двум потерянным душам прямая дорога друг к другу. Однако выясняется, что пропавший без вести Ник еще жив и даже пересылает деньги искалеченному Стиву. Незадолго до падения Сайгона Майк отправляется обратно во Вьетнам, чтобы найти Ника…

Я мог бы предъявить длиннейший список претензий к этой картине:
– Похоже, что диалоги были попросту не прописаны в сценарии, и актеры импровизировали на съемочной площадке;
– Единстванная запоминаемая цитата: "Факин Эй!";
– Герои староваты для призывников, выглядят лет на 30, а персонаж Де Ниро еще старше;
– Война показана клиповой нарезкой так, что непонятно, кто воюет против кого;
– Показаны лишь зверства вьетнамцев, притом что обе стороны были хороши;
– Сколько месяцев (лет?!) может выжить чемпион игры в русскую рулетку?
– и т.д. и т.п.
но мне не хочется этого делать. Есть правильные и точные картины, которые ничего не дают ни уму, ни сердцу и забываются сразу по просмотре, а есть "неправильные", которые смотрятся на одном дыхании и потом не отпускают тебя много дней. "Охотник…" из вторых. Эта картина не о вьетнамской войне (интересующимся этой темой лучше посмотреть "Апокалипсис сегодня", "Цельнометаллическую оболочку" и "Взвод"), она о войне вообще, о том, как война уродует человеческие тела и души; о том, как для того, чтобы выжить, проходится пройти через немыслимое; о настоящей любви и дружбе, когда ради спасения друга можно встать под пулю, даже если эту пулю он готовится пустить в себя сам…

Главная звезда "Охотника…", конечно же, Роберт Де Ниро. Майк – одна из лучших его ролей (наряду с "Таксистом"), прекрасно сыграли Мерил Стрип и Кристофер Уокен. По общему мнению, ничего подобного Майклу Чимино не удалось снять ни до не после. Однако, не полагаясь на общее мнение, я собираюсь смотреть и другие его фильмы.
___________________________
*Интересно, кто подсказал голливудцам этот дурацкий тост, кочующий из фильма в фильм? Или пути русского языка в СССР и Америке разошлись настолько, что американские русские и вправду пили "на здоровье"?
**Считаю, что свадебные видеографы и фотографы просто обязаны посмотреть этот фильм :)

Очень коротко

Посмотрел еще одну комедию Франсиса Вебера "Le dîner de cons (Ужин с придурком)". Неплохо, но понравилось гораздо меньше, чем "Клозет". Как писал Набоков (не ручаюсь за точность цитаты): "клоун в костюме расшитом блестками, не так смешон, как клоун, одетый гробовщиком".

Еще один упущенный шанс

"Last Chance Harvey (Последний шанс Харви)" реж. Джоэл Хопкинс

Не так давно я посмотрел средней унылости комедию "Stranger Than Fiction". Как это по-русски… "Страньше чем…" нет, все-таки "Персонаж". Придумано было неплохо: скромный налоговый инспектор, живущий скучной размеренной жизнью и всегда делающий одно и то же количество движений зубной щеткой в один и тот же утренний час, вдруг обнаруживает себя героем чьего-то романа – начинает слышать женский голос, пересказывающий в беллетризованном виде все его поступки. Отчаявшись получить подобающую в таких случаях психиатрическую помощь, бедняга обращается к профессору литературы, который по стилю вычисляет автора. Это оказывается депрессивная писательница, находящаяся в перманентном "творческом запоре", прикуривающая одну сигарету от другой и непрестанно помышляющая о самоубийстве. Однако самое худшее не это: она известна тем, что в финале каждого ее романа главный герой умирает. Поэтому, когда она наконец-то домучает свой роман, велика вероятность, что несчастный инспектор отправится в мир иной… Повторюсь, придумано неплохо (если не считать слабенького финала), однако в моих глазах эту потенциально интересную картину загубили исполнители главных ролей: инспектора играет самый несмешной комик американского кино Уилл Феррел, а бойкую бабенку, хозяйку кондитерской, которая инспектора сначала ненавидит, а потом в него влюбляется – Мэгги Джилленхал. Главная сюжетная линия нестерпимо уныла, и хочется, чтобы она как можно скорее кончилась. Напротив, линия профессора и писательницы интересно написана и замечательно сыграна. Дастин Хоффман в представлениях не нуждается, а Эмму Томпсон я раньше не видел и был приятно удивлен. Писательница у нее получилась очень выразительная: с одной стороны сатирически преувеличенная, с другой – абсолютно достоверная, со всеми причудами и заморочками творческого человека. К сожалению, с Хоффманом у нее лишь пара совместных сцен, но наблюдать за ними было одно удовольствие. Я подумал тогда: как хорошо было бы отправить Уилла и Мэгги в совместное романтическое путешествие на йух, а главными героями сделать Эмму и Дастина. Получился бы намного лучший фильм! Как выяснилось, эта идея пришла в голову не только мне, но и самим актерам, которые решили организовать совместный проект. Так появился "Последний шанс Харви".

Харви – стареющий композитор, сочинитель музыки для рекламы, прилетает в Лондон на свадьбу дочери. При этом у него в Нью-Йорке остается горящий проект, на сдаче которого он непременно желает присутствовать, поскольку боится, что этого клиента передадут другому композитору. Ясно, что денег на старость он не скопил. Со своей бывшей семьей он давно не живет, дочь привыкла считать отчима настоящим отцом и недвусмымленно дает понять папочке, что его пригласили из вежливости, и чем меньше он будет отсвечивать на свадьбе, тем лучше. Сразу после венчания Харви едет в аэропорт, но опаздывает на самолет и, позвонив в Нью-Йорк, узнает, что уволен…

Кейт – одинокая немолодая женщина работает в аэропорту и занимается тем, что пристает к спешащим взмыленным пассажирам, волокущим свои чемоданы, с какой-то дурацкой статистической анкетой и получает отказы разной степени грубости. Мужа у нее нет, да и не очень-то надо, зато есть мама, которая все время названивает по мобиле и всячески пытается устроить личную жизнь дочери. Герои знакомятся в аэропортивском буфете, где Харви заливает горе "Джонни Уокером", а Кейт поглощает какой-то салат и роман в бумажной обложке, до которых она большая охотница. Бедняге нестерпимо хочется излить наболевшее, и одинокая умеренно привлекательная женщина, которой нужно скоротать время и некуда деваться, как нельзя лучше подходит для этой цели. Поневоле втянутая в разговор, Кейт постепенно проникается симпатией к Харви. Они гуляют вместе по Лондону, и Харви приглашает ее пойти на свадебный банкет его дочери в качестве моральной поддержки, чтобы наконец-то высказать за свадебным столом то, что он думает по этому поводу…

Дальше сами понимаете: "встретились два одиночества" и т.д. и т.п.

* * *
Увы, опять не получилось, и виною тому очень слабая литературная основа. Даже такие замечательные актеры не смогли вытянуть плоский, невыразительный и очень предсказуемый сценарий. К тому же, есть еще один нюанс. Эмма Томпсон – женщина милая и симпатичная в абсолютно асексуальном смысле. На ней крупно написано"СТАРАЯ ДЕВА"* и какого бы цвета ни были ее чулки, они всегда будут казаться синими. Поэтому ей не очень идет роль романтической героини, хотя бы и бальзаковского возраста. В отличие от героя Хоффмана, который отчаянно ищет к кому бы прислониться, ее явно тяготит не одиночество, а назойливые попытки матери и подруг по работе ее принудительно осчастливить. В "Stranger than Fiction" именно писательство делает ее героиню интересной. Здесь же автор не дал ей такую возможность – Кейт ходит на какие-то писательские курсы, но похоже, для того, чтобы скоротать время, а не поделиться с миром тем, что раздирает ее изнутри. Лично мне трудно было поверить, что Харви так же отчаянно нужен ей, как она ему…

Словом, второй упущенный шанс и пустая трата актерских талантов.
____________________
*Я знаю, что актриса замужем.